Повторять удар некогда, теперь все решалось мгновениями.
Он взял рыбину крюком на упор и почти перевалил ее в лодку.
Готовый издать победный вопль, нет, не вопль -- он ведь не городской придурок, он от веку рыбак, просто тут, в лодке дать еще разок по выпуклому черепу осетра обухом и рассмеяться тихо, торжественно, победно.
Вдох, усилие -- крепче в борт ногою, тверже упор.
Но находившаяся в столбняке рыба резко вертанулась, ударилась об лодку, громыхнула, и черно поднявшимся ворохом не воды, нет, комьями земли взорвалась река за бортом, ударило рыбака тяжестью по голове, давнуло на уши, полоснуло по сердцу.
А-ах!" -- вырвалось из груди, как при доподлинном взрыве, подбросившем его вверх и уронившем в немую пустоту.
